На поиски отправились опергруппа и бригада журналистов; особый агент Маккормак объявил в теленовостях, что, поскольку на теле Мэри Линн обнаружены морская соль, стебельки спартины и болотная улитка, он санкционировал всеохватывающий поиск на трехстах семидесяти восьми тысячах акров соленых болот Джорджии.

«Но в каком районе, идиоты? — написал мужчина в своем альбоме для вырезок. — Вы должны бы уже получше понимать этого человека. Часы тикают!»

«У нас есть основания полагать, что Нора Рей еще жива, — объявил особый агент Маккормак, как уже объявлял однажды. — И мы вернем ее домой».

«Не давай обещаний, которых не можешь исполнить», — написал в альбоме мужчина. Однако наконец он ошибся.

Последняя вырезка в набитом альбоме: «27 июля 2000 года. Нора Рей Уоттс извлечена полуголой из трясины одного из соленых болот Джорджии. Восьмая жертва Экокиллера продержалась пятьдесят шесть часов при сорокаградусной жаре, под палящими лучами солнца, в едкой соли, потому что жевала спартину и обмазалась защитным слоем грязи. Теперь на газетной фотографии видно, как ее, целую и невредимую, полную жизни, вертолет береговой охраны поднимает в голубое-голубое небо».

Полицейские в конце концов поняли эту игру. В конце концов одержали верх.

Вот и последняя страница альбома. Ни новых вырезок, ни фотографий, ни расшифровок вечерних «Новостей». На ней мужчина вывел четким почерком всего четыре слова: «Что, если я ошибаюсь?»

И подчеркнул их.

Двухтысячный год кончился. Нора Рей Уоттс выжила. И Экокиллер нападений больше не совершал. Год за годом наступало и проходило лето. Жаркие месяцы мучили добропорядочных обитателей Джорджии немилосердным зноем и неотвязным страхом. Но ничего не случалось.